Материалы

26февраля
2013

Торговать или торговаться – этот вопрос Евросоюз и Газпром должны решать совместно

25.02.2013

Последнее время только ленивый не обвиняет Газпром в том, что он ведет неправильную политику в Европе. Публикация данных за 2012 год вызвала бурную реакцию: как же, Газпром теряет рынок, поставки упали на серьезные величины! В качестве примера для подражания приводят Норвегию, которая, несмотря на очевидный кризис в Европе природного газа как энергоносителя, сумела нарастить поставки на падающем рынке. А спрос на природный газ в Европе именно что падает, в других регионах-то он растет. Вывод делается простой: мы лопухи, дураки, а Норвегия – супер-молодец и нас с этого рынка выдавливает. Вот в этом и надо разобраться.


b_139204.jpg
Если вы смотрите на физические объемы, то там потери Газпрома действительно выглядят впечатляющими - более чем на 10%. Кажется, что, действительно, логика у критиков компании есть.

С другой стороны, если мы посмотрим на финансовые результаты, то здесь все гораздо интереснее. Выручка Газпрома сократилась менее чем на 3%. Так что является приоритетом для нас – физический объем поставок или заработанные на этом рынке деньги?



У Норвегии, казалось бы, сумевшей более чем на 10% вырасти на европейском рынке, как раз выручка и не увеличилась. Объясняется это очень просто. Норвегия этот рынок получает фактически потому, что демпингует, идя на уступки по абсолютно всем претензиям потребителей. Нужно привязать полностью цены к спотам? Привяжем! Нужно изменить принципы «take or pay», сделать их более либеральными? Изменим! Более того, уже в этом году Норвегия принимает решение снизить стоимость транспортировки газа, т.е. сознательно идет на новые потери для того, чтобы обеспечить комфортную цену для покупателей. Правильный подход или неправильный? Этот вопрос остается. Норвежский путь ясен: идем на полные уступки, получаем дополнительный рынок. Еще раз повторю: физический объем поставок растет, а прибыль-то не увеличивается. У Газпрома физический объем падает, ну а прибыль сокращается на 2-3%. Это, конечно, обидно, но это очень сильно отличается от цифры падения физического объема, на которые обычно все и фокусируют внимание.

Да, Газпром идет на некоторые ценовые уступки, и произошла привязка к спотовым ценам. Но идет он на это неохотно и там, где можно, пытается все-таки заставить своих клиентов выполнять свои обязательства. Тем более что, много раз об этом говорили, система «take or pay» и привязка стоимости газа к нефтяным ценам – это не наша выдумка, это придумали сами европейцы в эпоху, когда им казалось, что главное – это не цена, а гарантия объемов. Теперь им так не кажется, и они пытаются выкрутить руки производителям. Завтра ситуация поменяется, и сами же европейцы прибегут и будут говорить опять, что надо вернуться к системе долгосрочных контрактов «take or pay» и привязке к нефтяным ценам. Вот компания Eni опять собирается идти в суд с иском к Газпрому, чтобы заставить его отказаться от принципа «take or pay» окончательно – фундаментального принципа, придуманного самими же европейцами. Конечно, имея под боком Норвегию, готовую идти на уступки, можно пытаться «отжать» Газпром.

Возникает еще один вопрос: а вот когда говорят, что мы теряем рынок, это катастрофично или нет? Если принять во внимание прогнозы о наступлении эпохи спота, то в этой ситуации доля на рынке такого значения не имеет. Ведь если вы сегодня потеряли рынок, то завтра вы его можете отвоевать. Если эти прогнозы будут верными и долгосрочные контракты уйдут в прошлое, будет развиваться стремительно спотовый рынок, в этом плане чего горевать-то по упущенной доле? Доли будут колебаться год от года очень сильно. Другое дело, что прогнозы эти спорные. Но все равно, еще раз повторю, при желании Газпром вполне мог бы эту долю сохранить. Он тоже мог бы пойти на выполнение всех условий, «прогнуться» по цене. Это если доля рынка является основной целью нашего бизнеса. Но главная цель бизнеса – прибыль. Вот по прибыли и надо судить и смотреть на эти истории. Тем более что ситуация с ценами на европейском рынком весьма неоднозначная.

Возьмем два последних примера. Катар заявил о создании еще одного инвестиционного фонда, который займется приобретением активов прежде всего в Европе. Пока туда будет направлено 12 млрд долларов. Европейцы радуются, что на их рынок пришел Катар, а Катар на деньги европейцев будет заниматься скупкой активов на территории Европейского Союза – недвижимости, футбольных команд, всего, чего получится. И газотранспортную систему, возможно, каким-то образом попытаются под себя подобрать. Это тоже вопрос к европейцам: рады они таким инвестициям или нет? Являются ли исламские инвестиции супер-надежными с политической точки зрения? То, что Катар является спонсором террористических организаций, которые сейчас, например, действуют на севере Африки, это факт. Но европейцы на это закрывают глаза. Франция вынуждена воевать в Мали с террористами, которые выросли на деньги Катара. Это серьезная проблема. Европейцы настолько в восторге от того, что есть какая-то альтернатива России, что не понимают, что эта альтернатива чудовищна.

Другой момент – это события в Болгарии. Это тоже вопрос о справедливых ценах и возможных путях для европейцев, кстати. В Болгарии резко выросли цены на электроэнергию, что привело к отставке правительства Бойко Борисова. Давайте посмотрим на цены на газ в Болгарии - оптовые российские цены и цены у конечного потребителя. Ситуация очень интересная. По разным оценкам, цена на газ в Болгарии в 2011 году составляла порядка 460-480 долларов за тысячу кубометров. А вот цена газа у домохозяйств, где газ дороже, составляла 625 долларов за тысячу кубов. Цена для промышленности вообще составляла 420 долларов за тысячу кубов. Интересная, в общем-то, история. Даже определенный демпинг был. Это означает, что в Болгарии маржа при продаже газа конечному потребителю минимальна, а в ряде случаев даже отрицательна. Фантастически, но это так. А теперь возьмем, скажем, Италию, где Eni требует уступок. Стоимость газа для Италии составляет порядка 420-440 долларов за тысячу кубометров, а у конечного потребителя, к примеру, у домохозяйств – 1000 долларов, для промышленности – ну, 450 долларов. Главное, мы всегда знаем, газ дорогой именно для домохозяйств. Т.е. в Болгарии проводилась политика такая, что посредники брали минимальную маржу. А в Италии посредники увеличивали стоимость газа в два раза. Вариант какой? Можно, конечно, пытаться снизить маржу перепродавца газа. Если вы делаете накрутку 500 долларов на тысячу кубометров, вопросы же возникают? А можно пойти по другому пути: попытаться прогнуть Газпром. Италия идет таким путем. А Болгария пошла другим путем. Россию, конечно, тоже пытаются «прогнуть», но в этом плане, еще раз повторю, маржу держали минимальную. И все равно при этом болгарское население воспринимает цены как фантастически высокие. И многим будет казаться, что они высокие из-за российского газа, хотя это не так. Более того, если мы возьмем цены на газ для домохозяйств, то Болгария занимает пятое место снизу в рейтинге ЕС по степени дешевизны газа для домохозяйств. Показатель очень комфортный для страны.

Повторю в заключение. Сейчас много говорится про правильную-неправильную стратегию, но прежде всего, определяя эту стратегию, надо ответить для себя на очень простой вопрос: что важнее – доля рынка или деньги? Мне лично кажется, что важнее деньги. Поэтому нам надо думать не о том, как любыми путями удерживать долю рынка, тем более что рынок либерализуется и превращается в спотовый, а как заработать на нем деньги.

Автор: Константин Симонов, генеральный директор ФНЭБ

http://www.energystate.ru/news/4185.html

.